90. В остолбенении я смотрел на эту картину. Потом глянул в зеркало —никакой не Мэйсон, а Черный Лис. Сзади подошла Лиса и, лизнув мне обнаженную ногу, пропела что-то вроде “I will show you love!” и позвала за собой. Тут я проснулся. Стояла ночь и ярко светила луна. Спать больше не хотелось, поэтому я достал из-под подушки рукопись. Все написанное мною в облике Мэйсона Кэпвелла сохранилось. Я задумался, пытаясь отыскать в реальностной сказке, рассказаной реальностным Си-Си, нужный мне смысл... Он определенно толкал меня на написание книги!

91. Здесь читатель поинтересуется: «Почему Си-Си —реальностный, почему таким же эпитетом автор называет гюрзу?»

Дело в том, что эти персонажи встречаются мне во снах. То есть в хренирах реальности, которые я считаю производным и преходящим явлением относительно некоего хренира, который опять же я считаю доминантным. А вот скажем Лиса не является реальностным существом. Она —часть доминантной реальности. То же самое — сестричка-лисичка. Иначе говоря, Си-Си и гюрза — просто реальностные сказки, которые мне рассказывает, например Лиса. Но кем же они считают себя сами? Конечно же Си-Си и гюрзой, обладающими реальностной властью, то есть имеющими способность творить хренир. Они могут превращаться во все, что хочешь, вызывать к жизни других существ такого же реальностного характера. «Но кто они такие? Лисы?»—спросит читатель. Безусловно, их можно в некоторой сказке рассматривать, как сильно закольцованных лисов.

92. Но хватит о них.

«Я останусь с тобой!» — на чисто русском поет Лиса. (Уф! Наконец-то!)

Между прочим, о рыжей. Реальностный Си-Си был не прав, утверждая, что от нее несет псиной, и что она повсюду гадит. Во-первых, несет от нее исключительно французскими духами, а во-вторых, Лиса — существо экологически чистое. То есть есть-пить она может сколько угодно, но на выходе ничего нет. Каким образом? Она не имеет определенной пространственной локализации. Хоть и сидит сейчас у меня на коленях. В принципе это ничего не значит — она может растаять в воздухе в любую минуту. «Так занят ты мной, что сам с собой затеял бой!» — иронизирует рыжая. В общем, думаю, тебе, друг читатель, ясно, что раз Лиса никак не организована в пространстве, она может страдать синдромом царевны-лягушки. И может, если захочет, хренировать себя в человеческое существо, допустим в... Рыжий хвост бьет меня по зубам, заставляя молчать.

Отплевываясь от шерсти, я продолжаю. «Так занят, занят, занят…»

Сев на стол, Лиса уставилась на меня зелеными (на этот раз) глазами. В них читался немой вопрос. Своими глазами я дал на него немой ответ. О чем мы говорили читателю знать не обязательно.